четверг, 29 апреля 2010 г.
понедельник, 26 апреля 2010 г.
Бежит солнце в лес от тебя волком.
И не видно крыльев ее над потолком.
В том лесу полно и гнилых коряг,
и бомжей, и псов, и простых бродяг.
Побежишь за ней, за ушами свист.
Вдруг увидишь: вот она там стоит,
Вот, рукой дотянуться недалеко,
Только смотришь на нее сквозь стекло.
Словно рядом, но нету сил
Разорвать тот порочный круг, что тебя скрутил.
А на шее у тебя висит петля,
Но не просто так, а муштровки для.
Просыпаясь на исходе десятых суток,
Потираешь щетину и, хмурясь утру,
Одеваешь штаны и уходишь прочь
Из той квартиры, что домом служила ночь
И день, и еще вчера,
В ту, куда приходила сестра.
Забываешь, моргаешь глазами, молча
Летишь в самолете, топчешь
Ногами траву и огрызки пива
Возле дома той, что тебя любила.
И не видно крыльев ее над потолком.
В том лесу полно и гнилых коряг,
и бомжей, и псов, и простых бродяг.
Побежишь за ней, за ушами свист.
Вдруг увидишь: вот она там стоит,
Вот, рукой дотянуться недалеко,
Только смотришь на нее сквозь стекло.
Словно рядом, но нету сил
Разорвать тот порочный круг, что тебя скрутил.
А на шее у тебя висит петля,
Но не просто так, а муштровки для.
Просыпаясь на исходе десятых суток,
Потираешь щетину и, хмурясь утру,
Одеваешь штаны и уходишь прочь
Из той квартиры, что домом служила ночь
И день, и еще вчера,
В ту, куда приходила сестра.
Забываешь, моргаешь глазами, молча
Летишь в самолете, топчешь
Ногами траву и огрызки пива
Возле дома той, что тебя любила.
воскресенье, 25 апреля 2010 г.
То не Муза воды набирает в рот.
То, должно, крепкий сон молодца берет.
И махнувшая вслед голубым платком
наезжает на грудь паровым катком.
И не встать ни раком, ни так словам,
как назад в осиновый строй дровам.
И глазами по наволочке лицо
растекается, как по сковороде яйцо.
Горячей ли тебе под сукном шести
одеял в том садке, где -- Господь прости --
точно рыба -- воздух, сырой губой
я хватал то, что было тогда тобой?
Я бы заячьи уши пришил к лицу,
наглотался б в лесах за тебя свинцу,
но и в черном пруду из дурных коряг
я бы всплыл пред тобой, как не смог "Варяг".
Но, видать, не судьба, и года не те.
И уже седина стыдно молвить -- где.
Больше длинных жил, чем для них кровей,
да и мысли мертвых кустов кривей.
Навсегда расстаемся с тобой, дружок.
Нарисуй на бумаге простой кружок.
Это буду я: ничего внутри.
Посмотри на него -- и потом сотри.
И. Бродский
То, должно, крепкий сон молодца берет.
И махнувшая вслед голубым платком
наезжает на грудь паровым катком.
И не встать ни раком, ни так словам,
как назад в осиновый строй дровам.
И глазами по наволочке лицо
растекается, как по сковороде яйцо.
Горячей ли тебе под сукном шести
одеял в том садке, где -- Господь прости --
точно рыба -- воздух, сырой губой
я хватал то, что было тогда тобой?
Я бы заячьи уши пришил к лицу,
наглотался б в лесах за тебя свинцу,
но и в черном пруду из дурных коряг
я бы всплыл пред тобой, как не смог "Варяг".
Но, видать, не судьба, и года не те.
И уже седина стыдно молвить -- где.
Больше длинных жил, чем для них кровей,
да и мысли мертвых кустов кривей.
Навсегда расстаемся с тобой, дружок.
Нарисуй на бумаге простой кружок.
Это буду я: ничего внутри.
Посмотри на него -- и потом сотри.
И. Бродский
Я давно уже удивляюсь. И вот чему. Случается, что я пишу девушкам стихи в качестве предлога для знакомства или начала сексуально-романтических отношений. Ну такие обычные стишочки, романтические, без грязных намеков и пошлых мыслей. А они ... А они ... Никак на это не реагируют и даже не отвечают вообще. Ну как будто им каждый поклонник стихи пишет романтические. Вот объясните мне, как понимать подобное поведение?
Талант мастера анальной рифмы
Было около 3-х часов ночи. Мастер анальной рифмы сидел глубоко в кресле, наклонив поля шляпы как будто прятался от и так тусклого света. Комнату окутывал густой аромат табака - мастер дымил трубкой. По углам робко ютились тени. Было тихо, и слышно как потрескивал табак, сгорая в горле трубки, высвобождая эфирные масла, которые заполняли пустое пространство в комнате так, что она казалась меньше, чем была на самом деле. Мастер сидел неподвижно, в темноте его глаза горели синим огоньком. В этот момент он жонглировал образами, воспоминаниями, разными картинами пошлого, составляя в голове осмысленную историю. Иногда он отпускал свои видения, и они начинали хаотично проявляться перед его внутренним взором. Потом, он внезапно останавливал этот поток и, выдержав какое-то время, снова начинал смотреть. Все картины повторялись снова, но теперь следовали в другом порядке, чем в первый раз. Обычно после четвертого дубля мастер уже просматривал полнометражную картину со сквозным сюжетом, состоящую из когда-то увиденных им отрывков реальности. Так мастер писал свои книги. Иногда его талант использовали, чтобы раскрывать особо сложные преступления, но мастер никогда об это не рассказывал.
суббота, 24 апреля 2010 г.
Стихи просто так.
Сладость и горечь, банановый мус.
Сухо во рту, творожестый вкус.
Кружка стеклянная, чувства как сталь.
Все мы познали как пахнет миндаль.
Запах от дома, все кувырком.
Они ощущают вокруг все вверх дном
Ни солнце, ни птицы не смогут помочь.
За ночь и за день сделать важной любовь.
Мне холодно здесь вчера и сегодня.
А жарко лишь днем и то до полудня.
Такие активные в цвете оранжевом.
Пока вы игрушки мы лишь подражаем вам.
Он клялся, молился, кричал: "Я не буду!"
На завтра опять придавался он блуду.
Молчит, не краснеет, он знал все заранее.
И взгляд вопрошает, не знает что далее.
Вся сладость моя и горечь до кучи
Молнии грохот, гроза в небе лучше,
Чем то, что осталось в залог от невесты,
Что в жизни твоей оставила место.
Сухо во рту, творожестый вкус.
Кружка стеклянная, чувства как сталь.
Все мы познали как пахнет миндаль.
Запах от дома, все кувырком.
Они ощущают вокруг все вверх дном
Ни солнце, ни птицы не смогут помочь.
За ночь и за день сделать важной любовь.
Мне холодно здесь вчера и сегодня.
А жарко лишь днем и то до полудня.
Такие активные в цвете оранжевом.
Пока вы игрушки мы лишь подражаем вам.
Он клялся, молился, кричал: "Я не буду!"
На завтра опять придавался он блуду.
Молчит, не краснеет, он знал все заранее.
И взгляд вопрошает, не знает что далее.
Вся сладость моя и горечь до кучи
Молнии грохот, гроза в небе лучше,
Чем то, что осталось в залог от невесты,
Что в жизни твоей оставила место.
пятница, 23 апреля 2010 г.
Стихи для Н. Стихи ассоциации.
Осторожно вдыхаю, крадусь на мизинцах.
Полный карман твоих фотоснимков.
Курицы, лебеди, плавают в озере.
Бывшие мы на них очень похожи.
Мы настоящие ... Мечтаем о славе.
Приходим к гадалке, скажи что же с нами.
Понедельник, консервы, напитки, будильник.
Вечером дома пустой холодильник.
Здесь тесно и занято
Вокруг папарацы.
Вдруг стало понятно
Кому не хватает стихов ассоциаций :)
Зефир, в шоколаде, я радуюсь громко.
Дорога, машины, вечерняя пробка.
На мальте, в тайване, в воркуте, повсеместно.
Не сможешь для попы найти своем место :)
Полный карман твоих фотоснимков.
Курицы, лебеди, плавают в озере.
Бывшие мы на них очень похожи.
Мы настоящие ... Мечтаем о славе.
Приходим к гадалке, скажи что же с нами.
Понедельник, консервы, напитки, будильник.
Вечером дома пустой холодильник.
Здесь тесно и занято
Вокруг папарацы.
Вдруг стало понятно
Кому не хватает стихов ассоциаций :)
Зефир, в шоколаде, я радуюсь громко.
Дорога, машины, вечерняя пробка.
На мальте, в тайване, в воркуте, повсеместно.
Не сможешь для попы найти своем место :)
четверг, 22 апреля 2010 г.
Последнее время я часто слушаю группу placebo. Если честно, то только их и слушаю. Еще иногда классическую музыку. В тоже время, меня часто посещают разные мысли, которые уже когда-то посещали мня в прошлом. Мысли эти приходят не одни, а целыми вереницами, переплетенными сложной вязью событий. В новом качестве. Как будто снова и снова, просматриваешь один и тот же фильм и с каждым разом видишь все новые детали, проникаешь глубже в суть. В какой-то момент появляется сомнение в своей правоте. И вот уже думаешь, а действительно ли автор хотел сказать это или это я все придумал. А ведь ни как не узнать наверняка.
Еще, возвращаясь вечером с работы, в тот короткий миг, когда я уже не в машине, но еще не дома, я соприкасаюсь с обществом. Всего лишь на немного. Этого, кстати, хватает, чтобы заметить одну тенденцию. Может быть это зависит от времени суток, но вечерами люди склонны обсуждать проблемы. В основном те, что касаются личных взаимоотношений или поступков совершенных в нетрезвом виде. Возможно, это специфика среды, но некоторый опыт в других сферах жизни подсказывает мне, что я прав.
Такие вот мысли.
воскресенье, 18 апреля 2010 г.
Стихи ассоциации
Моросящая слякоть,
Слепая зараза.
Хочется плакать,
Забыть все и сразу.
Музыка, джаз, саксофон, истерия.
Тронуть, коснуться, где ты там и я.
Полностью здесь, жизнь без забвения.
Поздно начать, потому ждать продолжения.
Мокро, опять, закончить пораньше.
Долго решаться, не знать что же дальше.
Сердце, упрек, поезда, подожди!
Письма, обман, как всегда впереди.
Площадь, толпа, холод и свет.
Месяц, неделя, нас уже нет.
Где-то течет, где-то льется ручьем,
где-то стучит, где-то кто-то поет.
Смог, апельсин, щиплет глаза,
Кто-то люблю кому-то сказал.
Ловкая вязь, книга, обложка.
Утро, молитва, солнышко, кошка.
Полдень, пожар, крики, печаль.
А кто-то в обед дочь обвенчал.
Сладкий и горький, удел королей.
Шумно, с друзьями, побольше налей.
Выпей побольше, забудь побыстрей.
За рамками будет куда веселей.
***
Дворник и шорох.
Мыши как скрипка.
Выстрел и порох,
Человек без улыбки.
Блеск, отражение, бархат и кожа,
Много одежды, формы похожи!
Женщины рядом, вокруг, впереди.
Полностью голым бежишь! Погоди!
Завтрак в постели, на кухне, втроем.
Три раза в день вот так и живем.
Треск в подворотне, большие сосули
Вентиль на кране, не туда повернули.
Время и волосы, все справедливо.
Джин, камердинер, вкусное пиво.
Ёжик и заяц, медведь и лиса.
Шарики с гелием, любить по часам.
Место любимое, памятник, зелень,
Дворик из детства, площадка, качали!
Ждешь с нетерпением,
Пахнет так вкусно.
Сбой настроения,
Становится грустно.
Где-то вчера проходили дожди,
Кто-то с зонтом прошел впереди.
Лица знакомых певцы и певицы,
Столик журнальный, окна и птицы.
Месяц растущий, вода и песок,
Утро, костер, мокрый носок.
Камера, лавочка, томик стихов,
Шершавые стены, твоих запах духов.
Слепая зараза.
Хочется плакать,
Забыть все и сразу.
Музыка, джаз, саксофон, истерия.
Тронуть, коснуться, где ты там и я.
Полностью здесь, жизнь без забвения.
Поздно начать, потому ждать продолжения.
Мокро, опять, закончить пораньше.
Долго решаться, не знать что же дальше.
Сердце, упрек, поезда, подожди!
Письма, обман, как всегда впереди.
Площадь, толпа, холод и свет.
Месяц, неделя, нас уже нет.
Где-то течет, где-то льется ручьем,
где-то стучит, где-то кто-то поет.
Смог, апельсин, щиплет глаза,
Кто-то люблю кому-то сказал.
Ловкая вязь, книга, обложка.
Утро, молитва, солнышко, кошка.
Полдень, пожар, крики, печаль.
А кто-то в обед дочь обвенчал.
Сладкий и горький, удел королей.
Шумно, с друзьями, побольше налей.
Выпей побольше, забудь побыстрей.
За рамками будет куда веселей.
***
Дворник и шорох.
Мыши как скрипка.
Выстрел и порох,
Человек без улыбки.
Блеск, отражение, бархат и кожа,
Много одежды, формы похожи!
Женщины рядом, вокруг, впереди.
Полностью голым бежишь! Погоди!
Завтрак в постели, на кухне, втроем.
Три раза в день вот так и живем.
Треск в подворотне, большие сосули
Вентиль на кране, не туда повернули.
Время и волосы, все справедливо.
Джин, камердинер, вкусное пиво.
Ёжик и заяц, медведь и лиса.
Шарики с гелием, любить по часам.
Место любимое, памятник, зелень,
Дворик из детства, площадка, качали!
Ждешь с нетерпением,
Пахнет так вкусно.
Сбой настроения,
Становится грустно.
Где-то вчера проходили дожди,
Кто-то с зонтом прошел впереди.
Лица знакомых певцы и певицы,
Столик журнальный, окна и птицы.
Месяц растущий, вода и песок,
Утро, костер, мокрый носок.
Камера, лавочка, томик стихов,
Шершавые стены, твоих запах духов.
Подписаться на:
Сообщения (Atom)
